Где он берет энергию и как отпразднует 90-летие — ко дню рождения Пономарева-Степного

С бесконечным запасом энергии

3 декабря 90-летие отметил академик РАН Николай Пономарев-Степной. В 1946 году будущий автор выдающихся атомных разработок отправился на крыше товарного поезда покорять Москву — билетов в кассах не было. Летал на самолете с атомным реактором. Разрабатывал двигатель для полетов на Марс. А сегодня продвигает водородную энергетику, считая, что за ней будущее. Коллеги и ученики не устают поражаться широте его эрудиции, научной интуиции и потрясающему жизнелюбию.

Текст: Дарья Быстрова /Фото: «Страна Росатом»

Николай Кодочигов

Главный конструктор РУ ВТГР, ОКБМ им. Африкантова

— Для всех коллег из ОКБМ большая честь быть в числе единомышленников и учеников Николая Николаевича. Я познакомился с ним в 1970-е, когда начались работы по высокотемпературным реакторам. Исследования в области атомно-водородной энергетики опередили возможности века, поэтому сегодня благодаря научному предвидению Николая Николаевича у «Росатома» есть шанс стать мировым лидером в новом перспективном направлении.

Юрий Драгунов

Директор, генеральный конструктор НИКИЭТ

— На меня особое впечатление производит способность Николая Николаевича быть не на шаг, а на век впереди. Благодарен ему за идеи при разработке космического мегаваттника, за роль в создании усовершенствованного топлива для установок различного типа, за умение смотреть в корень любой проблемы и находить пути решения. Желаю, чтобы вдохновение и удача всегда были на его жизненном пути!

Виталий Петрунин

Первый зам. гендиректора, генерального конструктора ОКБМ им. Африкантова

— Николай Николаевич из уникальной россыпи ученых Курчатовского института, которые сделали первый атомный проект и заложили ключевые направления развития атомной энергетики. Более 40 лет я работаю под его научным руководством и не перестаю им восхищаться. Природа заложила в него огромный потенциал энергии, а он превратил ее в вечный двигатель.

Помню, 2010 год, Сан-Диего, Калифорния. Тихий океан. Ночь, звезды отражаются в черной воде. Вдали за понтонами стоят атомные подводные лодки и авианосцы. Идет прием российской делегации по проекту газотурбинного модульного гелиевого реактора. В перерыве распахиваются двери клуба, люди выходят на берег отдохнуть. А российские атомщики во главе с Николаем Николаевичем вдруг раздеваются и ныряют в Тихий океан. Вода — 14 градусов. Через некоторое время прием продолжается, и вице-президент «Дженерал Атомекс» сказал: «Николай Николаевич, я восхищен!» — и процитировал известную строку: «Гвозди бы делать из этих людей!»

Сергей Кушнарев

Исполнительный вице-президент Ядерного общества ­России

— Сочетание профессионализма, дальновидности, артистизма и дипломатичности многогранного Ник Ника помогало нам во многих делах. Он один из инициаторов создания Ядерного общества. Из интереснейших сюжетов в истории нашей организации выделю значительный вклад Николая Николаевича в сохранение штаба отрасли при создании Минатома России.

Четыре секрета Пономарева-Степного

Разговор с академиком, научным консультантом гендиректора «Росэнергоатома» Николаем Пономаревым-Степным накануне его дня рождения длился три часа. Об истории двойной фамилии, сотрудничестве с тремя К — Курчатовым, Королевым, Келдышем — и работе со Средмашем, о том, почему в этом году российская экспедиция не полетела на Марс и когда машины будут ездить на водородном топливе, читайте в следующем номере. А сегодня мы поздравляем Николая Николаевича и желаем, чтобы рецепты его долголетия не теряли силу.

Текст: Виктория Волошина /Фото: личный архив

— Как вы будете отмечать юбилей?

— В последние годы я просто уезжал на свой день рождения. Мне вполне хватало поздравлений по телефону. Но в этот раз понял, что, если так же поступлю на 90-летие, коллеги сочтут меня снобом. Так что решил остаться в Москве. Встану в 5:30, сделаю зарядку, позавтракаю. В 8:30 еженедельное совещание в «Росэнергоатоме» — думаю, там и получу первые поздравления. Потом будет оперативное совещание у первого зама. Если поздравят, буду кланяться и благодарить. Но обязательно скажу: «Друзья, до сих пор у вас на совещаниях мало фигурировала водородная энергетика. Я бы хотел, чтобы о ней говорили на каждом совещании, это будущее атомной энергетики». После приду в свой кабинет, и с 10:30 его дверь будет открыта для всех.

— Вы всегда встаете в 5:30?

— Раньше вставал в 6:00. Но, когда выезжаешь из дома в восемь, до работы по пробкам едешь два часа. Жаль терять самое активное время суток. Поэтому я сломал внутренние часы, переставил будильник на 5:30, стал выезжать в семь и добираюсь до работы за час — это уже нормально. Правда, пришлось с часа до 20 минут сократить зарядку, но я добираю свое вечером.

— Это один из секретов вашей молодости? На 90 лет вы не выглядите.

— Секретов несколько. Главный — работа, она у меня интересная. Хотя многое сегодня идет не так, как я хотел бы, но я вижу перспективу. Понимаю, чем надо заниматься. То, о чем я мечтал еще молодым специалистом, оказалось осуществимо. Пусть спустя 60 лет, но стало реальностью. И я уверен, что и другие мои мечты сбудутся. Экспедиция на Марс будет. Водородная энергетика будет — у меня нет никаких сомнений. Другое дело когда. Конечно, я мог бы сказать себе: зачем этим заниматься, если я все равно этого не увижу? Я не увижу, так увидит дочка или внучки, у меня их четверо, или правнуки. Все равно эта информация ко мне придет.

— Какой второй секрет?

— Семья. Мне повезло. Я живу в хорошей обстановке.

— После смерти жены вы живете с дочкой?

— Сейчас да. Долгое время жил один, не хотел переезжать. Я ведь как сыр в масле у дочери катаюсь. А это расхолаживает. Я опасался, что излишняя забота обо мне снизит мой внутренний энергетический заряд. Это шутка, конечно, но тем не менее.

Третий компонент — образ жизни. Если себя не заставлять двигаться, одряхлеешь и расползешься. Я начал расползаться в силу разных обстоятельств. Но взял себя в руки. Ранний подъем, обязательная зарядка. У дочки в доме небольшой бассейн с противотоком, вечером я по часу там плаваю. И наконец, есть у меня один волшебный препарат.

Спортивный лагерь «Фирсановка», 1948 год. Сейчас юбиляр сальто уже не делает, но ежедневно плавает в бассейне

Спортивный лагерь «Фирсановка», 1948 год. Сейчас юбиляр сальто уже не делает, но ежедневно плавает в бассейне

— Шутите?

— Судите сами. В числе юбилейных мероприятий пройдет научный семинар в «Росатоме». Будут профессора, студенты, аспиранты с интересными докладами и по атомной проблематике, и по космическим программам. Но я подумал, почему бы не расширить тематику? И пригласил выступить с докладом «Пролонгированные пептиды» академика Николая Мясоедова. Он биотехнолог, сотрудничал с моей супругой Майей. В свое время она, химик-органик, работала в Курчатовском институте. И в их лабораторию обратился большой человек из Генштаба: дескать, сможете создать препарат на основе естественных веществ, который поддержал бы память человека, снял неврологические синдромы, улучшил зрение и слух? Она стала изучать вопрос и вышла на пептиды, которые вырабатываются человеческим организмом и хорошо на него влияют. Одна проблема — естественные пептиды быстро распадаются под действием химии организма. Час-два — и их нет. Надо было научиться пролонгировать их действие. Этим они и занимались. И разработали препарат, за который моя супруга получила Госпремию. Вручал ей премию Михаил Касьянов. Сейчас этот препарат, капли в нос, продается в аптеках. Называть его не буду, кому интересно — легко нагуглить. Так вот, все первые пробы проводились на мне.

— И вы не боялись?

— Жена убедила, что это абсолютно безопасно. Академик Мясоедов хочет обыграть эту историю в своем докладе. А меня представит как хорошо сохранившийся опытный образец.

У истоков Ядерного общества

О том, как 30 лет назад создавалось Ядерное общество, вспоминает один из его основателей — советник директора Курчатовского института, член редколлегии журнала «Атомная энергия» Андрей Гагаринский.

— В 1988 году небольшая делегация советских специалистов попала на ежегодную конференцию Ядерного общества США (ANS). В составе делегации были Николай Николаевич Пономарев-Степной и ваш покорный слуга.

У нас не было полномочий на тесные контакты с американской неправительственной организацией и тем более на их «бумажное» оформление. Николай Николаевич быстро взял инициативу на себя, что он умеет делать блестяще. Пропущу детали, сразу итог. Удивительно законопослушные и безмерно уважающие юридические процедуры американцы пошли на беспрецедентный шаг. По уставу ANS они имели право подписывать соглашения только с ядерными обществами, но в СССР такового не оказалось, а желание сотрудничать было огромным. И они весьма расширенно истолковали свои права и подписали соглашение с Курчатовским институтом.

Когда мы летели обратно, у нас с Николаем Николаевичем состоялся исторический разговор. Он поднял бокал — а в этом случае Н. Н. может быть безупречно официальным — и сказал мне: «Андрей Юрьевич, теперь мы просто обязаны создать Ядерное общество СССР». Я ответил в тон: «Да, Николай Николаевич, теперь нам деваться некуда». Учредительная конференция Ядерного общества СССР состоялась в Колонном зале Дома Союзов 17 апреля 1989 года.

В декабре 1991 года президенту ЯО (тогда уже регистрировавшегося в качестве международной организации) Пономареву-Степному пришлось столкнуться с громадной проблемой, возникшей из-за внезапного разрыва на куски атомно-промышленного комплекса. Нетрудно почувствовать «ноту состояния» в обращении Ядерного общества (инициатором которого был, конечно, его президент) уже не существующей страны к президентам стран Содружества Независимых Государств. Это был призыв осознать, что свалилось им в руки.

«Предмет нашей тревоги — настоящее и будущее атомной науки, техники и промышленности в странах Содружества. От этого зависит, поможет ли одно из замечательных достижений человечества — атомная энергетика — выходу Содружества из экономического кризиса или, наоборот, принесет дополнительные испытания нашим народам…

Особое внимание в переходный период изменения структуры управления ядерно-энергетическим комплексом должно быть обращено на ядерную безопасность. В настоящее время меняются собственники атомных станций, создаются новые контрольные и регулирующие структуры. При этом возникает опасность «мертвого времени», когда одни структуры прекратили работу, а другие еще не образовались. Мы обязаны совместными усилиями предотвратить опасность этого периода… Мы будем стремиться всеми доступными нам средствами способствовать мирному и безопасному использованию ядерной энергии на благо наших народов».

Это обращение было подписано 29 декабря, и Николай Николаевич с присущей ему настойчивостью добился, чтобы оно попало в администрации всех 11 президентов новых стран, в том числе, конечно, и главы Российской Федерации.

Далее