Представители российских и европейских организаций посетили центр по обращению с РАО в губе Андреева

Делегация общественного совета «Росатома», экологи и представители европейских организаций посетили центр по обращению с радиоактивными отходами в губе Андреева, на базе которого реализуется большой международный проект по обращению с ОЯТ.

В середине прошлого века в губе Андреева размещалась береговая техническая база ВМФ. Там перезаряжали атомные подводные лодки Северного флота. Из-за утечки радиоактивной воды в 1982 году за бухтой закрепилась репутация опасной зоны. После ликвидации аварии база какое-то время работала с нарушением экологических норм, потом ее закрыли. «В губе не было инфраструктуры для обращения с ОЯТ. Своим предписанием я закрыла объект в 1995 году, и прием отходов прекратился», — вспоминает Людмила Амозова, в то время госинспектор отдела госконтроля на радиационно опасных объектах мурманского Комитета по охране окружающей среды.

В 2000 году техбазу передали Минатому. Состояние объектов было удручающим, отмечает Анатолий Григорьев, начальник отдела координации и реализации международных программ «Росатома». Из 22 зданий и сооружений признаны приемлемыми к эксплуатации после реконструкции только три. Нужно было ликвидировать старые и построить новые. Главными проблемами были здание № 5 и три емкости блоков сухого хранения (БСХ) со 100 активными зонами АПЛ — 22 тыс. сборок.

Для обращения с ОЯТ и вывоза требовалось специальное производство и инфраструктура. Первой вызвалась помочь Норвегия. С конца 1990-х норвежцы выделили на реабилитацию губы 350 млн крон. На эти средства была построена подъездная дорога и административное здание, решены вопросы с электроснабжением, создана система физзащиты (периметр и здание охраны), установлен маяк для навигации судов. Сооружение нетиповых объектов требовало времени. Стройка продвигалась медленно. «Эту работу нужно делать безопасно. Чтобы максимально снизить возможные риски», — поясняет Ингар Амундсен из Государственного управления по ядерной и радиационной безопасности Норвегии.

Следом к проекту подключилась Великобритания. На британские деньги проводится реабилитация здания № 5, оборудован полигон для строительного мусора и площадка для стройматериалов, обновлены кабельные сети. Время от времени в проекте участвует Франция, Германия, Япония, Италия, США, Канада, Финляндия, Дания, Швеция, а также Еврокомиссия и Европейский банк реконструкции и развития.

Мобильный в обмен на дозиметр

Мы в санпропускнике. Приветливые сотрудницы понимающе кивают в ответ на наши восхищения живописными местами: «Да, красота вокруг — скальные гранитные породы, покрытые ягелем и лишайником». Говорят, гости приезжают часто — смотрят, что происходит на объекте, часто иностранцы бывают. В этот раз к делегации общественного совета «Росатома» присоединились норвежцы и итальянцы. В раздевалках на кабинках указаны фамилии участников техтура. Каждому полагается комбинезон, куртка, кепка или шапка (для тех, кто боится ветра) и обувь.

На выходе просят оставить мобильные телефоны и выдают дозиметры. Все мы тут же сверяем показания. «Беспокоиться не о чем: радиационный фон в пределах нормы — 0,1 мкЗв в час», — заверяет Геннадий Гончаренко, начальник участка радиационного контроля службы радиационной безопасности. На объекте он хозяин дозиметрической техники. Одна установка прямо перед нами. Сотрудники после работы в грязной зоне прикладывают руки к датчику. Если на пульте горит зеленый, то уровень в норме. Если фиксируется рост активности, загорается красный и включается сигнализация.


На улице нас встречает Александр Краснощеков, директор отделения «Губа Андреева» «СевРАО». Раньше он служил на подводных лодках, по линии радиационной безопасности. А здесь — с открытия «СевРАО», участвовал в решении технических задач при создании инфраструктуры по очистке территории. «Прежде всего мы нормализовали радиационную обстановку на объекте, чтобы минимизировать воздействие на персонал. На ходу разрабатывали проектные решения, — вспоминает Александр Краснощеков. — С командой мне повезло: все заряжены на результат. Даже рабочие предлагают толковые вещи, которые инженеры тут же берут на вооружение». Коллектив небольшой — чуть больше сотни человек. Все — из Заозерска. Каждый день сюда ездят на «камазах». Зарплата достойная, отпуск — месяц или два месяца, в зависимости от условий труда. Обучение и профподготовка организованы тут же, в учебном центре. «Персонал отрабатывает сценарии технологического процесса, — поясняет Александр Краснощеков. — Подготовку проводим также на реальном оборудовании».

Тульский, желтый, наш

Наша делегация двинулась к причалу. «Это и есть основной элемент — здесь контейнеры будут грузить на «Серебрянку» и «Росситу», — делает широкий круг рукой Александр Краснощеков. В прошлом году для перегрузки контейнеров был смонтирован тульский мостовой кран высотой около 18 м. Другого такого крана не найдешь во всем мире: его заводской номер — 1.

Александр Краснощеков описывает транспортно-технологическую схему вывоза ОЯТ и ТРО: судно становится у причала, пустой контейнер краном перегружается с него на самоходную рельсовую тележку, которая доставляет контейнер на крытую накопительную площадку. Оттуда машина-транспортер перевозит контейнер в здание-укрытие, где загружают извлеченные из вскрытой БСХ тепловыделяющие сборки. Контейнер герметизируется и тем же путем возвращается на судно. И так контейнер за контейнером, рейс за рейсом.

СЕРГЕЙ ЖАВОРОНКИН:
«О ПОЛЯХ ДЛЯ ГОЛЬФА,
КОНЕЧНО, РЕЧЬ НЕ ИДЕТ,
А ВОТ ИСПОЛЬЗОВАТЬ
ГУБУ АНДРЕЕВА ДЛЯ
ПОДГОТОВКИ ПЕРСО-
НАЛА НА РЕАЛЬНОМ
ОБОРУДОВАНИИ — ИДЕЯ
ХОРОШАЯ»

Сейчас задача — подготовить и отправить топливо на «Маяк», На «Серебрянке» под «Марш славянки» а ЖРО и ТРО вывезти на переработку в губу Сайда. После этого начнется реабилитация территории.


Последние приготовления

К операции по очистке губы почти все готово. Машина-транспортер прибыла из Франции к месту работы весной. Самоходная тележка сдана в эксплуатацию летом. Крытая накопительная площадка на 48 контейнеров тоже сдана. На объекте уже находятся 14 пустых контейнеров для отработки схемы в холодном режиме.

Смонтированы краны над емкостями БСХ, но еще не готово здание-укрытие. Одно из помещений там уже оборудовали пультом управления для извлечения топлива из сухих хранилищ и загрузки в контейнеры.

В целом инфраструктура готова на 80 %. В декабре должны пройти комплексные испытания. А в июне будущего года — начнется вывоз ОЯТ. «Первый эшелон (так называют партию из 7 – 14 контейнеров. — «СР») мы отправим под марш «Прощание славянки». Пригласим норвежцев посмотреть на загруженную «Росситу», — говорит Анатолий Григорьев. — Две партии реально вывезти уже в следующем году». Затем по девять ежегодно.

По плану к 2025 году реабилитация территории губы Андреева завершится. И тогда на месте бывшей секретной базы ВМФ будет «коричневая лужайка» (от англ. brown field, термин, обозначающий реабилитацию загрязненных территорий для производственной деятельности). Пока не решен вопрос, что будет на этой территории. «О полях для гольфа, конечно, речь не идет, а вот использовать площадку для подготовки персонала на действующем оборудовании — идея хорошая», — говорит Сергей Жаворонкин, член общественного совета «Росатома».


ПРЯМАЯ РЕЧЬ

Геннадий Скляр
Депутат Государственной думы

— В губе Андреева идет очень важная работа, которая выполняется благодаря участию нескольких государств. Когда речь идет о серьезнейших проблемах мирового порядка, все страны должны работать вместе — это поможет решить проблемы и развивать технологии.
Фредерик Хауге
Президент международного объединения Bellona

— Самые большие риски связаны с транспортировкой ОЯТ на расстояние около 3,5 тыс. км. Конечно, мы хотим, чтобы судно с таким грузом, например, не перевернулось. Также важно, чтобы на «Маяке» было грамотно организовано производство по переработке отходов. Специалисты просчитали все негативные сценарии. И главная задача сегодня не скорость, а качество работ, безопасность. Думаю, мы на правильном пути.

Еще важным фактором успеха считаю открытость информации. К примеру, в октябре произошла утечка радиоактивного йода на тестовом ядерном объекте в Норвегии. Эту информацию
не стали утаивать, а сообщили населению. По-другому обстоит дело с обращением с РАО. Мы критикуем норвежское правительство за отсутствие четких планов по утилизации ядерных
отходов. Эти операции не такие масштабные, как в губе Андреева, но стоимость работ оценивается примерно в 11 млрд норвежских крон. К этой работе норвежцы планируют подключить лучших специалистов мира, в том числе российских, которые накопили огромный опыт в этом деле.

Далее