Реактор по известным мотивам

Сооружение шестого блока НВАЭС — как выступление оркестра. Разработчик ВВЭР‑1200 «Гидропресс» — композитор, дирижер, первая скрипка и даже настрой­щик. Подольские атомщики рассказали о создании своего шедеврального произведения — проекта перво­го в мире реактора поколения III+.

Композитор
Один из разработчиков реактор­ной установки — Игорь Щекин, заместитель генерального кон­структора, начальник отделения проектирования и конструиро­вания РУ. В ОКБ он с 1984 года. В 1999-м возглавил бюро техно­логов, которое стояло у истоков проекта для АЭС «Куданкулам», а спустя девять лет возглавил ведущий конструкторско-тех­нологический отдел. К началу разработки техпроекта РУ для АЭС‑2006 Игорь Щекин накопил большой опыт и не без гордости рассказывает, что техзадание к новой РУ, ВВЭР‑1200, набро­сал за ночь: «Чтобы не набирать данные с нуля, взял за основу не­реализованный проект для фин­ской АЭС «Ловииса‑2». По его словам, это как музыкальная ва­риация: композитор сел за ро­яль и по известному мотиву на­писал свою мелодию.

Конечно, тот набросок не был техпроектом, но в нем отража­лись ключевые решения. Пред­ложение Игоря Щекина было революционным — отказаться от четырехканальной активной системы безопасности в поль­зу двухканальной с внутренним резервированием. Это сулило большую экономию.

По техзаданию требовалось повысить мощность установ­ки и увеличить срок службы до 60 лет, межремонтный пери­од — с четырех до восьми лет, а также обеспечить новый уро­вень безопасности. Подоль­ские специалисты справились с этим за три года. В 2009 году уже приступили к изготовле­нию оборудования и комплек­тующих. Когда произошла ава­рия на АЭС «Фукусима», проект пересмотрели с учетом но­вейших международных тре­бований, включая стандарты МАГАТЭ. Изменений в самой РУ не потребовалось, рассказыва­ют в «Гидропрессе»: при отклю­чении активных систем пассив­ные будут работать, принимая на себя всю нагрузку, минимум сутки.

Струнные
Роль струнных инструментов в проекте играют приводы си­стемы управления и защиты — СУЗ ШЭМ‑3. Приводы, установ­ленные на крышку реактора, помогают привести работу обо­рудования реакторной уста­новки в соответствие авторско­му замыслу. Привод состоит из пяти элементов: блока элек­тромагнитов, блока перемеще­ния, датчика, обеспечивающего контроль положения поглощаю­щих стержней СУЗ в активной зоне реактора, а также штанги и чехла. К штанге прикрепляют поглощающие стержни, кото­рые перемещаются внутри топ­ливных кассет, регулируя ядер­ную реакцию или останавливая ее. «Реактор без наших приво­дов не заиграет», — улыбается главный инженер «Гидропрес­са» Евгений Лизунов. Когда со­оружался шестой блок НВАЭС, он возглавлял цех по производ­ству приводов СУЗ. «Мы осваи­вали новые станки с ЧПУ. Люди обучались, работали сверхуроч­но, без выходных, чтобы не со­рвать плановый пуск блока. Сотрудники вносили рацпред­ложения по оснастке. Равнодуш­ных не было», — вспоминает Евгений Лизунов.

После модернизации произ­водства «Гидропресс», увеличив мощность вдвое, смог за год из­готовить 135 приводов для но­воворонежского ВВЭР‑1200. Сейчас предприятие дела­ет 300 приводов в год — этого с лихвой хватит для двух энер­гоблоков.

Настройщики
«Перед пуском нужно убедиться в том, что оборудование не фаль­шивит, то есть фактические ха­рактеристики соответствуют проектным», — объясняет Алек­сандр Селезнев, начальник де­партамента экспериментального обоснования реакторных уста­новок. Сборка ВВЭР‑1200 на ше­стом блоке НВАЭС началась в апреле 2015 года. «На монтаж систем пусконаладочных изме­рений нас вызывали в майские праздники, — вспоминает Алек­сандр Селезнев. — Специалисты сменяли друг друга каждый ме­сяц, работали без выходных».

КОММЕНТАРИЙ

Михаил Никитенко

Главный конструктор, начальник департамента конструирования основных систем и оборудования ре­акторных установок, «Гидропресс»

— Люди, которым нравится их дело, счастливые. Им нравится учиться и применять знания. Именно такие работали над реак­торной установкой ВВЭР‑1200.

Сегодня поддерживать командный дух сложно, потому что все меря­ется деньгами. Все чаще молодежь переоценивает свои возможности и берется за работу не по квалифи­кации. А высокую должность с хо­рошим окладом нужно подтвер­ждать знаниями и правильными решениями.

Проектирование, изготовле­ние и монтаж датчиков систем пусконаладочных измерений (СПНИ) заняли три года. При монтаже оборудования возник­ла проблема. Основное оборудо­вание — датчики и монтажные устройства — разрабатывают и изготавливают на площадке «Гидропресса», а импульсные ли­нии, например, закупают. «Нас поставщики никогда не подво­дили. Но в тот раз все было ина­че», — рассказывает Александр Селезнев. Во время теплогидрав­лических испытаний произошла разгерметизация нескольких из­мерительных каналов СПНИ из-за дефектных трубок. Испы­тания были приостановлены. К счастью, ненадолго: на скла­де НВАЭС нашлись подходящие трубки, стыковочные детали из­готовили на месте. За полторы смены смонтировали и провери­ли 400 м трубок. «Если бы не по­мощь нововоронежских коллег, потратили бы минимум три не­дели на поиски новых трубок и могли бы сорвать график. А это уже сказалось бы на имидже «Гидропресса», да и отрасли», — подытожил Александр Селезнев.

Дирижер
Заместитель генерального кон­структора, начальник отделения по авторскому надзору и сопро­вождению эксплуатации энер­гоблоков с ВВЭР Вадим Берко­вич легко справился бы с ролью дирижера. Строгий, умеющий мгновенно принять верное ре­шение, обладающий лидерскими качествами, коммуникабельный, знающий технологические про­цессы как свои пять пальцев, он отвечал за ввод в эксплуатацию РУ шестого блока НВАЭС.

По ходу монтажа выяснилось, что можно отказаться от тради­ционных способов проверки, на­пример, величины поджатия го­ловок кассет имитационной зоны. «Мы доказали, что все можно определять расчетным путем. Так избавились от лишне­го железа в реакторе», — говорит Вадим Беркович.

«Пуск, ввод в эксплуатацию го­ловного блока проекта поколе­ния III+ не мог пройти идеально, потому что на нем отрабатыва­ли новые проектные решения, которые будут использовать­ся на серийных блоках, — про­должает Вадим Беркович. — Мы столкнулись с тем, что главная задача эксплуатирующей орга­низации — чтобы блок как мож­но скорее начал вырабатывать электроэнергию — препятствует проработке технических вопро­сов, возникающих именно на го­ловных блоках. Они должны вво­диться в эксплуатацию столько времени, сколько нужно, в ра­зумных пределах, конечно».

ПРАВИЛА ЖИЗНИ

Виктор Терешонок

Много лет возглавляет во ВНИИАЭС центр на­учного руководства пуском и сопровождения экс­плуатации энергоблоков АЭС с ВВЭР. Пуск каж­дого блока для него как личное дело, и от своей команды он требует такого же отношения.

ЕСЛИ ПОПАЛСЯ УВЛЕЧЕННЫЙ НАСТАВНИК — считай, про­фессия в кармане. Мне повезло в школе с учителем физи­ки. Благодаря ему я понял эту науку и окончил МГУ.

УВАЖЕНИЕ ЗАСЛУЖИВАЮТ ГОДАМИ Потребуется лет пят­надцать и пуск не одного блока, чтобы в тебя поверили и признали квалифицированным специалистом. Я уча­ствовал в пуске 10 блоков, по девяти из них работал на­учным руководителем. В 1984 году пускали первый блок Калининской и второй Южно-Украинской АЭС. Весь наш отдел был на Украине, на Калининской АЭС меня из фи­зиков оставили одного. И я все довел до конца. При под­готовке к физпуску третьего блока Ровенской АЭС уже руководил группой ученых, проводивших испытания.

ОТВЕТСТВЕННОСТЬ МНЕ ПЕРЕДАЛАСЬ С ГЕНАМИ, но вос­питать ее в себе тоже реально. На пуске блока нужно очень много работать. Наша команда на площадке на­чиная с холодно-горячей обкатки. Командировка длится до года и трех месяцев. Вот так — люди боятся в армию на год сходить, а мы так живем. Со станции физики уез­жают лишь тогда, когда блок сдан в промышленную экс­плуатацию.

ЕСЛИ ПРИШЕЛ НА РАБОТУ — ТРУДИСЬ Один раз я семь суток подряд не спал. Говорят, так нельзя, но я же понимаю, что все нормально.

НУЖНО ТРЕНИРОВАТЬ ПАМЯТЬ Я руковожу испытаниями, уже не сверяясь с бумагами, — вся информация в голове. Для каждого испытания перед физпуском моя команда пишет несколько программ нейтронно-физических из­мерений, по которым на станции ведут работу. Я читаю и проверяю каждую.

СОН И ОТДЫХ — ВАЖНЫЕ СОСТАВЛЯЮЩИЕ УСПЕШНОЙ РА­БОТЫ Сложно найти в атомных городах гостиницы с та­кими условиями, чтобы можно было подолгу жить. Пока эту проблему решили лишь в Волгодонске.

ЕСЛИ НЕТ ДЕНЕГ, то перспективного специалиста можно удержать новыми знаниями и интересными задачами.

ПЛОЩАДКА АЭС — НЕ ФУТБОЛЬНОЕ ПОЛЕ, где одна коман­да играет против другой. Мы не делимся на своих и чу­жих, здесь важна взаимовыручка. Если в проекте бло­ка по ходу стройки происходят изменения, специалисты ВНИИАЭС проводят их экспертизу и согласуют докумен­тацию с разными организациями.

СТРОИТЬ ЭНЕРГОБЛОК НУЖНО НЕ ТОРОПЯСЬ, но и не затя­гивая. Работа научного руководителя пуска и его команды начинается задолго до того, как блок пускают. Команда пишет программы измерений, составляет график испы­таний. Как я уже говорил, если в проекте блока при вво­де в эксплуатацию происходят изменения, то проводится экспертиза. Сейчас интенсивная работа идет по подготов­ке к пуску четвертого ростовского блока, первого блока строящейся ЛАЭС, уже приступили к подготовке докумен­тов по пуску седьмого нововоронежского блока.

Далее