«Стараемся дышать спокойно»

В этом году исполнилось 25 лет аварийно-техническим центрам для ликвидации чрезвычайных ситуаций на ядерных объектах России. Зона ответственности головного центра, базирующегося в Санкт-Петербурге, — Северо-Западный федеральный округ, где находятся около 30 предприятий «Росатома», в том числе две действующие и одна строящаяся АЭС. В АТЦ СПб мы приехали, чтобы пообщаться со спасателями и увидеть технику, которой они особенно гордятся.

Текст: Светлана Зайцева / Фото: Святослав Буньков

АТЦ появились в 1993 году в крупных научных и промышленных центрах атомной отрасли (см. справку). В чрезвычайных ситуациях с радиационным фактором спасатели этих центров наряду со спасателями нештатных формирований предприятий должны выехать на разведку и ликвидацию.

К счастью, после Чернобыля серьезных катастроф в нашей стране не случалось, но это не значит, что спасатели сидят без дела. Они участвуют в масштабных противоаварийных учениях и научных экспедициях, сопровождают опасные грузы, контролируют радиационную обстановку и проводят водолазные работы. Летом сотрудники АТЦ СПб вели круглосуточный радиационный мониторинг объектов чемпионата мира по футболу в Санкт-Петербурге, Калининграде и Сочи.

Три минуты на сборы

Руководитель оперативной группы Сергей Корочин, высокий спортивный мужчина лет сорока, только что с суточного дежурства. Ни намека на усталость — у меня куча вопросов. «Нет, я не спал. Нет, литрами кофе не пил, я кофе не люблю, — отвечает он. — Выгляжу бодрым, потому что работать интересно».

Если в городе либо области возникает нештатная ситуация, связанная с радиационной угрозой, дежурные спасатели обязаны прибыть на место за 30 минут. На сборы дается три минуты. За это время успеваешь схватить укладку со средствами индивидуальной защиты и запрыгнуть в автомобиль.

Особенный внедорожник — умеет распознавать радиоактивное загрязнение на расстоянии

Особенный внедорожник — умеет распознавать радиоактивное загрязнение на расстоянии

Сейчас Сергей Корочин никуда не спешит и показывает мне дистанционно управляемое оборудование его группы. Робототехнический комплекс «Торнадо» разработки МГТУ им. Баумана — небольшой вездеход, оснащенный камерой и манипулятором, управляется по радиоканалу на расстоянии до 1 км. Машина предназначена для радиационной и визуальной разведки. «Если запустить такую в зоне аварии, можно узнать о разрушении в помещениях, понять, что понадобится для разбора завалов», — объясняет Сергей Корочин. Колесно-шагающий робот может ехать по ровной поверхности, глубокому снегу, по дну водоемов, подниматься по лестнице. Чтобы оценить обстановку в зоне ЧС с воздуха, у спасателей есть беспилотные летательные аппараты. Для поддержания аварийной готовности группы робототехника постоянно обкатывается на учениях.

Без паники

В общей сложности в АТЦ СПб работает более 300 спасателей, среди них много офицеров запаса. Средний возраст — 40 лет. Спасатель знает основы ядерной физики, разбирается в аварийно-спасательном оборудовании, умеет работать в условиях задымления, разбирать завалы, оказывать первую помощь. Отрабатываются эти навыки на учениях. Конечно, нужно поддерживать себя в форме. По нормативам спасатель 24 лет пробегает сто-метровку за 15 секунд, подтягивается на перекладине 10 раз, отжимается от пола 55 раз.

Для проведения газоспасательных и поисково-спасательных работ АТЦ СПб имеет специальный автомобиль с модульной системой оснащения: в машину устанавливается то оборудование, которое необходимо в данный момент. «Если произошло возгорание и содержание кислорода в воздухе помещения меньше 18 % (в норме содержание кислорода в воздухе около 20 %. — «СР»), то в обычных фильтрующих масках мы работать не сможем. Тогда в автомобиль загружаем воздушные баллоны», — рассказывает руководитель газоспасательного отряда аварийно-спасательного формирования Михаил Беззубиков. На сколько хватает кислорода в баллоне? «Если человек, надев маску, во время работы дышит спокойно, то на 40 минут. Если судорожно хватает ртом воздух — на 20 минут», — прикидывает Михаил Беззубиков.


сорокинАндрей Сорокин
Генеральный директор АТЦ СПб

— Одна из основных задач, стоящих сейчас перед АТЦ СПб, — развитие Мурманского обособленного подразделения, которое мы основали в 2016 году. В ближайшие годы планируем преобразовать его в филиал, который будет обеспечивать ядерную и радиационную безопасность всего арктического региона — важная задача с учетом планов «Росатома» по освоению Арктики.


Спокойное дыхание при повышенной физической и эмоциональной нагрузке — особый навык, который тоже развивают на учениях. «Иногда тренируемся прямо здесь. Берем план помещения, гасим свет и в темноте идем по коридорам из точки А в точку Б. Стараемся дышать спокойно. Чтобы усложнить задачу, разбрасываем по маршруту покрышки, раскладываем в коридорах «пострадавших». Конечно, есть манекены. Но психологи рекомендуют отрабатывать навыки оказания первой помощи на людях», — комментирует Михаил Беззубиков. В роли статистов выступают коллеги, иногда руководители. «Я бываю «пострадавшим», — улыбается заместитель гендиректора по аварийной готовности и реагированию АТЦ СПб Александр Нестеров. — Меня находят и выносят, хотя иногда не замечают в темноте и спотыкаются об меня».

С машиной в разведку

Нас подводят к серому джипу с логотипом «Росатома» на капоте. На первый взгляд ничего особенного, только мигалка и гамма-сканер на крыше. «Это машина радиационной разведки, — поясняет главный специалист радиометрического отделения Константин Силантьев. — Гамма-сканер на расстоянии опознает радиоактивное загрязнение и его местоположение. Тут же мы можем определить радионуклидный состав источника, спланировать работы по локализации и ликвидации». Все данные оперативно передаются в кризисный центр.

На таких машинах спасатели патрулировали Петербург во время чемпионата мира по футболу. «Оперативная группа несколько раз выезжала в грузовой терминал морского порта Петербурга: срабатывала система дозиметрического контроля на разные грузы — песок и щебень и т. д. Радиологическое обследование выяснило, что это природное излучение», — рассказывает Михаил Беззубиков.

СПРАВКА
В 1993 году местами дислокации АТЦ были определены РФЯЦ-ВНИИЭФ (Саров), РФЯЦ-ВНИИТФ (Снежинск), Нововоронежская АЭС (Нововоронеж), СХК (Северск) и Радиевый институт им. Хлопина (Санкт-Петербург). Позже АТЦ в Петербурге был перемещен на другую площадку. В 1997 году все АТЦ, а также отдельный военизированный горноспасательный отряд ППГХО стали региональными аварийно-спасательными формированиями.

Экипаж машины состоит из четырех человек: водителя, начальника оперативной группы, дозиметриста и спасателя. При необходимости они могут заменять друг друга. На месте ЧС спасатели могут задержаться надолго. На такие случаи в укладке есть запас еды. Индивидуальный суточный паек — несколько банок мясных и овощных консервов, армейские пшеничные галеты, сливочное масло, плавленый сыр, шоколад, растворимый кофе и черный чай. «Классический паек сотрудника МЧС. Голодным не останешься», — говорит Александр Нестеров.

Лаборатории передвижные и плавающие

В арсенале спасателей есть стационарная лаборатория, мобильная аналитическая лаборатория радиационного контроля, суда экологического мониторинга и радиационной разведки.

Мобильная лаборатория установлена в фургоне большегрузного автомобиля. «Ее можно использовать не только во время аварий, но и для исследований в рамках экологического мониторинга. В России таких автомобилей всего три: в Петербурге, Сарове и Северске», — рассказывает Александр Нестеров. Передвижная лаборатория оснащена сложной системой вентиляции и пожаротушения. Она полностью герметична, при необходимости спасатели длительное время могут работать в зоне с повышенным радиационным фоном. У фургона есть «предбанник» — шлюз для дезактивации персонала при входе и выходе.

Автомобиль с модульной системой оснащения. В него поместится все, что необходимо спасателю

Автомобиль с модульной системой оснащения. В него поместится все, что необходимо спасателю

Суда экологического мониторинга и радиационной разведки — это небольшой катер и парусное моторное судно. Ежегодно АТЦ СПб с их помощью проводит работы для выполнения международных обязательств России по Хельсинкской конвенции, связанные с контролем загрязнения Балтийского моря, а также выбросов предприятий.

Напоследок нам показали учебно-тренировочный полигон — большой зал, где спасатели обучаются радиационной разведке. Здесь построен муляж небольшого одноэтажного дома и придомовой территории. Во «дворе» все как обычно: дорожки, лужайки, камни, есть даже небольшой водоем. «Дом» обставлен стандартной мебелью. Инструкторы прячут источники ионизирующего излучения с минимально значимой активностью — в стене, под диваном или в песочнице. Задача спасателя — найти источник, определить его изотопный состав и мощность дозы.