Шесть тысяч «белых слонов»

Непрофильное имущество атомной отрасли является дополнительным источником дохода: за шесть лет госкорпорация выручила 26,6 млрд рублей от продажи «непрофилей» — земельных участков, пансионатов, не нужных основному бизнесу «Рос­атома» производственных площадок. За ближайшие два года по плану отрасль должна выручить еще порядка 9 млрд.

Текст: Юлия Гилева /Иллюстрация: Екатерина Шембель

Реструктуризация непрофильного имущества госкомпаний началась в России в 2012 году. «Росатом» — в лидерах: уже вдвое сокращен портфель «непрофилей», получен хороший доход. Хотя превратить непрофильный актив из балласта в свободные денежные средства непросто. Эту работу ведут имущественные службы организаций во главе с департаментом имущественного комплекса «Росатома» — ДИКом.

Нести тяжело, а выбросить жалко

Сейчас 6 тыс. объектов у «Росатома» — непрофильное имущество, содержание которого обходится в десятки миллиардов рублей ежегодно. При этом, отмечают в ДИКе, ни один дивизион не использует на все 100% недвижимость, которая стоит у него на балансе. Однако расставаться с «непрофилями» тяжело. «Чаще всего люди говорят: это наше, оно у нас было. Есть, например, мясоперерабатывающее производство — зачем оно атомной отрасли? Мы же на его работу затрачиваем силы, труд специалистов, деньги, отвлекаем ресурсы, хотя колбасу всегда можно купить у тех, для кого она основной бизнес», — ​рассуждает директор ДИКа Татьяна Смирнова.

Базы отдыха и детские лагеря, за которые отчаянно цепляются иные руководители, зачастую имеют непрезентабельный вид, а их обслуживание оказывается дороже, чем покупка аналогичных услуг. «Отраслевые детские лагеря, базы отдыха требуют модернизации, многие десятки лет без ремонта. Едут туда по привычке. Не понимая или не зная, что можно отдохнуть в более комфортных условиях, получив компенсацию в рамках единой отраслевой социальной политики», — ​говорит Татьяна Смирнова. Закупка подобных услуг на рынке — это и широкий выбор для сотрудников, и сервис более высокого качества.

Конечно, можно было бы пойти другим путем — открыть свои пансионаты для всех, не ограничиваясь отраслью. Но это снова отвлечение ресурсов на постороннюю деятельность. «У нас нет задачи стать туроператором, например. Игроки этого рынка изначально лучше нас, у каждого свой бизнес», — ​продолжает глава департамента.

К непрофильным активам относятся также служебные квартиры, неиспользуемые земельные участки, сельхозугодья, акции и доли участия в обществах, сами общества, занимающиеся непрофильным бизнесом.

А деньги кому?

Есть отраслевая методика, которая определяет, относится ли то или иное имущество к непрофильному. Каждый объект рассматривается индивидуально — на уровне госкорпорации и/или дивизиона. «Возможно, какая-то ТЭЦ и нужна заводу. Но если предприятие несет гигантские расходы на содержание этой ТЭЦ, а само от этой ТЭЦ не питается, зачем она тогда нам? Если ей пользуется только город, так и надо отдать ее городу», — ​пожимает плечами Татьяна Смирнова.


СЕРГЕЙ СУХОРУЧКИН: «ГЛАВНЫЙ СЕКРЕТ УСПЕХА — НАДО ПРОДАВАТЬ ТАК, КАК БУДТО ПРОДАЕТЕ СВОЕ СОБСТВЕННОЕ»


Вырученные от продажи «непрофилей» средства идут на развитие приоритетных направлений, снижение долговой нагрузки предприятий, решение социальных вопросов. Например, «Гидропресс» на эти деньги обустроил парковки для сотрудников рядом с предприятием, рассказывает начальник управления имущественных активов «Атомэнергомаша» Сергей Пузренко. Еще одно предприятие машиностроительного дивизиона, петербургское ЦКБМ, на аукционе продало одну из своих площадок, которая была больше, чем необходимо, и использовалась неэффективно. Выручка пошла на приобретение новой, компактной, соответствующей потребностям предприятия площадки. Расходы окупились почти втрое. После релокации ЦКБМ сократилась статья на содержание и эксплуатацию имущественного комплекса, улучшилась внутренняя логистика. Созданы современные производственные и складские участки. Сотрудникам стало проще добираться — станция метро теперь находится в 10 минутах ходьбы от работы.

«Люди вначале сопротивлялись, изменения всегда воспринимаются в штыки, это выход из зоны комфорта. Но в итоге, когда переехали на новые площади и увидели, что там помещения удобнее, отделка лучше и место расположения не такое плохое, как все боялись, — успокоились и работают в комфорте», — ​комментирует Татьяна Смирнова.

Секреты успешной сделки

Каждая сделка по продаже непрофильного актива — это целый процесс, который описан в методике, разработанной ДИКом. Главный секрет успеха — надо продавать так, как будто продаете свое собственное, считает начальник отдела реструктуризации непрофильного имущества ДИКа Сергей Сухоручкин. «Многие продают вещи на Avito или «Юле», у многих есть опыт продажи машины и квартиры. Правила те же: рынок должен быть как можно более широко проинформирован о том, что какой-то объект продается. С потенциальными покупателями нужно быть вежливым, клиентоориентированным», — ​поясняет он.

Нужно искать покупателей, исходя из профиля объекта и его особенностей. «Зачастую люди подходят к продаже формально. Что написано в методичке, то мы и сделали — часто слышу я на наших предприятиях. А какой текст в объявлении о продаже, кому разослали информацию — об этом не подумали», — ​говорит ­Сергей Сухоручкин. Но это очень важно: анонс должен быть обращен к тем, кого может заинтересовать актив.

Продажей «непрофилей» в основном занимаются имущественные службы организаций. Там, где таких подразделений нет, — ​юристы или сотрудники АХО. ДИК всегда готов дать разъяснения специалистам, регулярно делает информационную рассылку, проводит бизнес-завтраки. В этом году прошла встреча с представителями четырех электронных торговых площадок. Они рассказали о своей работе и преимуществах использования того или иного оператора. Проведен бизнес-завтрак на тему эффективных продаж, представители организаций и дивизионов обменялись опытом и лучшими практиками. Уже два года проводится обучающий курс по работе с недвижимым имуществом, отдельная тема — «непрофили». Ведут курс специалисты ДИКа, обучающиеся могут напрямую задать им вопросы. Подобные мероприятия помогают сотрудникам департамента получать обратную связь и улучшать отраслевые локальные акты по управлению недвижимостью, основываясь на реальном опыте и предложениях дивизионов госкорпорации.

Порой объекты продаются тяжело. Но чтобы что-то нельзя было продать вообще — такого не бывает, уверены в ДИКе. «Если вы хотите продать, например, квартиру, а она долго не продается, вы же все равно будете искать покупателя, верно? Начнете что-то придумывать: может, фото сделаете другие, может, дверь поставите новую, и квартиру купят. То же с непрофильным активом», — ​поясняет Татьяна Смирнова. Надо искать решения.

Были случаи, когда по 10–15 аукционов проводили на разных условиях, прежде чем актив находил нового владельца. Так было с лагерями «Чайка» и «Светлячок», некоторыми земельными участками в Московской области, базой отдыха «Радуга» в Нижегородской области. Залог успешной сделки в таких случаях — творческий подход. Если же попытки организовать продажу безуспешны, можно нанять профессионала или обратиться в ДИК за помощью.

На любой товар есть покупатель

Дивизионы работают по программе реструктуризации на 2017–2019 годы. После ее окончания будет составлена новая, с учетом специфики каждого актива и ситуации в отрасли. Цены на российском рынке недвижимости стабильные. «Наши базы отдыха, например, могут быть интересны в контексте развития внутреннего туризма и экотуризма. Сейчас даже расстояние до 100 км от столицы никого не пугает. Что касается промплощадок «Росатома», то, как правило, у них уже есть подъездные пути и энергомощности. Это дополнительное преимущество для определенного круга покупателей», — ​подчеркивает Татьяна Смирнова.

Пока у госкорпорации нет конкретного срока продажи всех «непрофилей»: не всегда можно предсказать, как быстро удастся реализовать тот или иной актив, к тому же с компактизацией появляются новые активы на продажу. Но есть понимание, что от всего лишнего нужно избавляться, и чем скорее, тем лучше.

Компактизация позволяет оставить на производственной площадке только то, что на самом деле нужно. С одной стороны, высвобождаются избыточные площади, а с другой — в «Росатоме» появляются новые бизнесы, которым они могут понадобиться. ДИК сводит внутренний спрос и предложение. «Если требуются площади для расширения — обращайтесь сначала к нам. Мы подберем под конкретный запрос площадки, которые имеются в отрасли», — ​говорит Татьяна Смирнова.

Непрофильные активы на балансе — это обременение, ограничивающее развитие. Руководители, которые считают, что лучше не продавать, а сдавать в аренду такой актив, неправы,  уверены в ДИКе. Ведь средства от аренды, как правило, идут не на благо предприятия, а на содержание этих же активов и налоги.

Продажа непрофильного имущества — как диета: лучше быть сухим и поджарым. «Признак здоровья предприятия тот же, что у здорового тела. Никто не хочет страдать от избыточного веса. Это тяжело и вредно. Так и здесь. На балансе должно быть ровно то, что необходимо для решения бизнес-задач. Точки питания есть везде, не надо, как раньше, держать погреб, не надо делать запасы, можешь выйти и все получить, но получить в тот момент и там, где это необходимо», — ​резюмирует Татьяна Смирнова.


СЛОВАРЬ

«Белый слон» — идиома в английском языке. Так принято называть имущество, которое не приносит никакой пользы. Русский аналог — чемодан без ручки. В некоторых странах Азии считалось, что иметь белого слона — почетно и способствует удаче. Однако содержание этого животного становилось огромной обузой для владельца.